Роман с диабетом. Шаг десятый

13 ноября 22:31
Фото: freepik.com

Роман хабаровчанина с диабетом. Шаг десятый

Инсулиново-марлезонский балет. Первая поза, укольная. В жизни профессионального диабетика, а только так можно назвать тех, кого врачи перевели на инъекции инсулина, важна дисциплина – режим, ритмитка.

 Все это похоже на балет: «поза» сменяет «позу», и так в течение дня. Жизнь от укола до укола, от пожрать до подъесть, от подъесть до снова пожрать. Иначе – кома, смерть, в лучшем случае всякие осложнения от диабета – от гангрены стоп ног до слепоты или онкологии.

Государственная аптека была под стать государственной больнице. Пустынность заведения подчеркивала бренность бытия: «К чему вся эта суета? Итог один - лечись или не лечись. Лучше второе, потому что будут сэкономлены государством денежки».

Женщины за прилавком были устало - приветливы и неторопливы. За окном - жизнь, а здесь почти мертвенное спокойствие. Целая кипа всяких бумажек была деловито просмотрена, нужное подчеркнуто, после чего я получил инсулин – ампулы с коротким инсулином и разовые шприцы-ручки с длинным.

- А нет  шприцы-ручки с коротким инсулином? - тревожно спросил я, чуя в этом какую-то несправедливость.

- Они не относятся к жизненно-важному, - очень вежливо сказала женщина.

И тут началась истерика. Я представил себе шприц из фильма «Кавказская пленница или Новые приключения Шурика», почти физически ощутил, как протыкаю живот, потом печень, слегка задеваю позвоночник, и он выходит с другой стороны, чуть пониже родинки.

- Ой. Ой-ё-ё-ёй, - внутренний голос почему-то заговорил голосом Винни-Пуха из мультика, когда его начали кусать пчелы. А потом подло-лирично запел голосом Валентины Понамаревой: « Я словно бабочка к огню». Вот- вот, проткну себя и умру, как бабочка под иглой злобного советского пионера, упивающегося мучительными смертями насекомых.

Это вывело из состояние медитативно-созерцательного состояния обреченную на гильотину фею-надомницу, придало центростремительности, и я побежал к врачу. «У меня дистония, трясутся руки, я же себя проткну по самое «Мама, не горюй!»

Повторно выслушав про жировую складку в которую нужно вонзать иглу, получил шприц-ручку с коротким инсулином. Хорошая женщина-врач, все- таки! Сердобольная.

Длинный или базовый инсулин используется для имитирования нормальной выработки этого гормона организмом человека в течение суток. Он понижает уровень концентрации молекул глюкозы, содержащихся в крови, улучшает способность мышц и печенки к их поглощению, ускоряет процесс синтезирования белковых структур, понижает время, необходимое для производства молекул сахара печеночными клетками.
Короткий инсулин нужен для того, чтобы «сгладить» пики сахара в крови после приема пищи. Если гормон ввести в недостаточном количестве, будет гипергликемия (избыток глюкозы в крови), если в чрезмерном — гипогликемия (соответственно, недостаток). Обе ситуации опасны.
Этот препарата работают дольше, нежели наблюдается всплеск уровня сахара в крови. А это значит, что спустя пару часов после того, как вы поели, нужно еще что-то съесть для того, чтобы не было гипогликемии.

По дороге домой затарился нужными продуктами питания и началась жизнь «на игле»

Оказалась, что игла скрыта под тремя пластиковыми колпачками, и прежде, чем втыкать себе в пузо, их надо снимать. Это открытие было неприятным, но не подтвердило, что или инсулин бракованный или то, что и его не усваивает мое тельце.

Об уколах. Наверное, есть на Земле люди, которые получают удовольствие от того, что их протыкают иглой. Я к таким не отношусь. Страха, если честно признаться не было. Просто было неприятно до дрожи в руках. А тут еще нужно протыкать пальчик для того, чтобы мерить уровень сахара в крови.

Помогла медитация. Сначала тридцать минут бездумного замирания сродни замиранию кошки, которая увидев жертву-мышку или птичку, замирает и начинает, словно гипнотизировать потенциальную еду: а вдруг сама в рот заскочит. Так же и я, не мигая, вперивался взглядом на глюкометр. Ничего не происходило. Слегка нервничая, протыкал палец. Крови было мало. Ни одна полоска для глюкометра была испорчена.

«Всю кровь из меня выпили», - я вспоминал в этот момент всех своих друзей и приятельниц. Со временем приноровился, но не привык. Нет, дело не в страхе пред протыканием пальчика, а в в том, что могу запоганить дорогую импортную вещь - тест-полоску.

Далее следовала медитация перед инсулиновыми инъекциями. Старался не фантазировать, гнал картинки с «жировой складкой» и прочими радостями инъекций. Приноровился. Оказалось, что все-таки самое неприятное – протыкать пальчик.

Юрий Вязанкин